Семейные фотографии

Как способ сохранить чувства

С самого раннего детства я ощущала себя существующей в пространстве искусства. Не как в роли или профессии, а как в способе быть: видеть мир, слышать его и отвечать ему творческим жестом. Сначала это было слово. В шесть лет я написала свою первую книгу о привидениях, сама сложила белые листы и прошила их посередине. Потом пришли стихи, танец, язык тела. Я выбрала филологию, чтобы жить внутри языка. А позже стала мамой двух дочерей и погрузилась в детство так глубоко, как возможно только изнутри материнства.

Фотография пришла ко мне в тридцать один. Она стала еще одним языком, бессловесным, но удивительно точным. Я поняла, что камера может не только фиксировать, но и открывать, вытаскивая на свет то, что обычно остается в тени, поднимать из глубины чувства, тишину между словами, дыхание отношений. Так я нашла свой жанр: стала снимать своих дочерей. В их детстве сосредоточена самая хрупкая материя – наши связи, привязанности, ежедневное, почти неслышимое «я с тобой».

Обычно фотографировать детей означает поставить их рядом и попросить улыбнуться. Но память не хранит нас рядами. Она бережет не композиции, а состояния: атмосферу, в которой мы жили вместе. Поэтому в своих съемках я ищу не идеальный ракурс, а внутренний жест. Как ребенок дышит рядом, как распределяется тепло между нами, где прячется опора, а где – доверие или напряжение.

Фотография для меня похожа не на картинку, а на сосуд для времени. В ней оседает не только свет, упавший на лица, но и то, что трудно обозначить прямо. Это степень близости, расстояния, нежности. Поэтому важны не только большие даты, но и дни без названия. Праздник уже дает готовую форму, а обыденность лишена декораций. В ней ребенок проявляется таким, каков он есть, без предписаний, как правильно выглядеть и чувствовать. Снимать свои будни с детьми означает признавать их настоящей тканью жизни, а не черновиком между «важными» событиями.

Мы живем в то время, когда у каждого есть своя камера. Но множество снимков не гарантируют их присутствия в памяти. Арт‑взгляд в самой простой, бытовой съемке – это не про внешнюю сложность, а про внутреннюю глубину. Это выбор: не фиксировать бесконечные «я здесь был», а задавать себе вопрос, что именно во мне и между нами я хочу сохранить. Какое чувство, какое состояние, какое «мы» существует сейчас. Ответ на этот вопрос определяет все: момент, дистанцию, угол зрения.

Фотография особенно чувствительна к правде, когда речь идет о ребенке. Она не терпит суеты и фальши. Она требует остановиться хотя бы на мгновение и посмотреть по-настоящему. В этом ее медитативная природа: через взгляд в видоискатель, направленный на своих дочерей, я снова и снова учусь различать главное. Внешнее исправимо, внутреннее невосполнимо. Лицо можно запомнить и без снимка. А вот то, как ребенок был с тобой, как присутствовал в твоей жизни, в твоем пространстве, без усилия внимания рассеивается как дым.

Каждая фотография дочерей для меня не просто кадр из прошлого, а продолжение нашей жизни. Она не дает чувствам исчезнуть, сохраняя не только их лица, но и ту невидимую силу, благодаря которой мы становимся семьей.

COOL KIDS Казань, апрель 2026